Ушел из жизни ПЁТР ТАРАЩЕНКО (30.05.1948 – 9.04.2023)

0
888

Большой, розовощёкий, улыбающийся, бесконфликтный, доброжелательный, общительный, талантливый… Прозаик и поэт… Прекрасно разбирающийся в музыке и живописи… В журнале «Отчий край» я всегда с интересом читала его очерки о художниках… Был… Этот непостижимый глагол прошедшего времени совершенно не вяжется с образом творческого, жизнерадостного, душевного человека, нашего товарища, члена Союза писателей России Петра Петровича Таращенко! Но, увы, смерть без сожаления забирает от нас лучших! Забрала и его в ночь на 9 апреля 2023-го… Рано, безвозвратно! А сколько бы он мог ещё создать замечательных строк, «легко и непринуждённо»! Писательский Небесный ковчег пополнился ещё одним пассажиром. А ведь 30 мая Петру Таращенко, для многих просто Петя, исполнилось бы только 75 лет… Жаль, но люди не вольны изменить земные сроки.

         Однажды мне довелось писать рецензию ли, отклик на книгу «Танцы близнецов» этого талантливого писателя (когда Петр Петрович выставлял её на Государственную премию Волгоградской области в сфере литературы). Может кто-то, прочтя мой материал, захочет перелистать страницы «танцев» и вспомнит по-доброму нашего замечательного друга и коллегу.

          Члены Волгоградского регионального отделения ООО «Союз писателей России» выражают свои соболезнования родным и близким Петра Петровича Таращенко

«ЛЕГКО И НЕПРИНУЖДЁННО»

О прозаической книге Петра Таращенко «Танцы близнецов»

(из рецензии)

                 Пётр Таращенко −  человек разносторонний: физик и лирик, переводчик с английского языка; занимался научно-исследовательской деятельностью; преподавал в педагогическом институте… Говорю это, чтобы объяснить, откуда у автора книги завидное знание жизни своих героев – студентов, интеллигенции, творческих людей. Привлекло уже необычное название − «Танцы близнецов». Близнецы по крови? По гороскопу? Нет, это люди, похожие друг на друга по мировосприятию, по «лёгкости» жизненной поступи. Неисправимые мечтатели, радостно ощущающие житие.

            Из-за подобной лёгкости даже бесконечные «пирушки», присутствующие на страницах книги понятны и объяснимы. Художник слова говорит и о них необычно.

             Вслушайтесь только: «Солнечный луч отразился в бокалах с Араратом, преломился, распался на тысячу частей, и по белому потолку пробежали янтарные сполохи». Самой захотелось пригубить… Специально цитирую для «ярых сторонников трезвости» и ханжей, будто не знающих, как частенько живёт творческий народ в нашей стране – произносит тосты за успехи и неудачи, за встречи и расставания и просто от вселенской скуки, невостребованности и неустроенности. Правда жизни, которую автор сравнивает с танцем. Кто-то живёт в «темпе вальса», а есть ещё болеро, румба и даже танец живота (не зря в книге так много танцевальных выражений).

           Книга Петра Таращенко −  триптих: «Легко и непринуждённо», «Ломаная прямая» и «День независимости». Даже в заголовках частей автор пытается придать красивую форму реальности. Обладая литературным голосом, отличным от иных, он живёт как бы в своём художественном мире и создаёт такой же мир для литературных героев. Не боится экспериментировать с формой и содержанием. Будто играет с читателем, но не заигрывает. Его лёгкий слог сравним с танцевальными «па». Мне трудно определить жанр его книги, да так ли важно? Главное – проза нова и оригинальна по звучанию, написана интересно, читается с желанием и пониманием.

           Но не смотря на некую «воздушность» сюжета и изложения (казалось бы) триптих пропитан щемящей ностальгией, и с каждой страницей автор заражает этим чувством читателя, особенно того, кто тоже жил во времени, определённом в произведении как «финальные декады прошедшего века». Смесь реалистичного с фантасмагорией… Таращенко умело выуживает из обыденности нашей жизни что-то не совсем обычное. Даже имена некоторых героев звучат странно: Катрин, Листопад, Валдомиро.

               Части триптиха объединены общей идеей и темой, связаны сюжетно и композиционно, неизменно присутствие в них главного героя наряду с появлением новых персонажей. Повествование насыщено афоризмами, добрыми мыслями и намерениями. При чтении «Танцев…» тянет в далёкое от совершенства, но такое душевное прошлое, «когда мы были молодыми и чушь прекрасную несли».

              Мне вспомнился и ресторанчик «Поплавок» на Волге, и сопромат… Я, выпускница техвуза, знаю выражение: «Сдал сопромат, можешь жениться!». Сочувствую герою Таращенко, 8 лет тянущему лямку студента-заочника. Сопромат что Эверест! А если серьёзно, то слова эпиграфа «Ничто не вечно под луной, кроме наших иллюзий», можно дополнить – и кроме нашей памяти. Сам автор пишет: «В который раз поразился

свойствам памяти, которая как некая виртуальная лупа детализирует события

жизни, меняя временной масштаб».

                   Описательность П.П. Таращенко, при достаточной краткости в выражении

мыслей, не перегружена штампами. Он успешно изобретает свои сравнения и даже мудрости. Например, «у мужчины только одна Родина – его женщина. Его любимая женщина». Думаю, за это не обидятся на автора ни малая родина, ни большая.

       Многие литераторы любят передавать через описание природных явлений и пейзажей чувства, настроение и состояние своих героев. Не чужд такой приём и Петру Таращенко. При этом он демонстрирует прекрасные качества писательской «кисти», богатство палитры слов. Примеров множество! Лишь несколько приведу, на мой поэтический вкус. «…из-за реки поднялась багровая луна, изъязвлённая по краю слоистым ночным облаком». «Тополя южного бульвара стояли плотной стеной. Их пирамидальные кроны достигли ночных небес. Звёзды запутались в переплетении молодых побегов так безнадёжно, что казалось будут висеть над бульваром целую вечность, и на нём никогда не наступит день». «Около полуночи разлапистый клён, осенявший двор старого трёхэтажного дома в самом конце Южного бульвара, глухо застонал под порывом сухого ветра, и бездумный сизарь, примостившийся у одного из окон верхнего этажа, завозился, поскрёб лапами гулкую жесть и приподнял кожистое веко».

               Кстати, о разносторонней талантливости Петра Таращенко… Я слышала, как бардовская семья Волобуевых исполняла песню на его стихи. А ещё на новогоднем вечере в Пушкинском зале Пётр Петрович оживлял рояль, наигрывая и напевая небезызвестное Yesterday…

            Но вернёмся к «Танцам»… Не откажу себе в удовольствии, будто перемахнув на десятки лет назад, поделиться описанием «нашего» рынка, того, советского, не теперешнего, в пластиковых киосках… «Здание Центрального рынка было полно гулких вокзальных шумов: хрипло рявкал громкоговоритель, летели вдоль стеклянных стен милицейские трели, откуда-то с потолка, с рыжих от окислов ферм, обрушивались разжиревшие голубиные пары, безбоязненно шныряли под ногами и объяснялись… Ничья собака с отёчными глазами бродила между рядами, позёвывала» Зримая картина, с настроением! В этом и заключается мастерство в литературе, которое, по определению, является умением писателя передавать в художественных образах правду жизни. Главное не то, что сказал писатель, а то, что сказалось в авторском тексте (чьё-то мудрое утверждение).

        Итак, (словно торгуюсь после цитаты о рынке) что мы имеем? Прозе Петра Таращенко присущи: новаторство, оригинальность, чёткая сюжетная линия, композиционная последовательность и завершённость, прекрасное изложение, умело выписанные портретные и психологические характеристики героев и лаконизм при всём разнообразии художественных форм. Тема актуальна, как актуальна жизнь человека в обществе во все времена. Несомненны творческая индивидуальность автора, реальность мест и времени.     

           

Кстати, вторая часть, повествующая о пребывании героев в городе Порт-Саид, служит ещё и своеобразным путеводителем по Египту, будто сам читатель путешествует, кажется, это называется эффектом присутствия. А подарок тамошнему губернатору в виде «донской казачьей плётки»? Ну не мог наш земляк хоть как-то не обозначить вольность Волги и Дона, особый нрав степняков. Всего лишь штрих, но такой красноречивый! Не из таких ли штрихов складывается эстетическая ценность произведения? И это скорее ответ, чем вопрос.

Людмила Киреева